Афганская головоломка

Командировка на войну

Сотрудники милиции за рубежом
Афганистан, 1980, 1982-1984 годы

Афганская головоломка

 

Во время афганской войны в 80-е годы XX века в Афганистан помимо армейских подразделений отправлялись сотрудники милиции из отряда "Кобальт"
Фото с сайта warnet.ws

Мало кому известно, что во время афганской войны в конце 70-х - 80-е годы прошлого века в Афганистан помимо армейских подразделений отправлялись сотрудники милиции, объединенные в отряд «Кобальт». Между тем подобные отряды действовали во всех крупных городах страны вплоть до 1992 года, даже когда армия СССР уже покинула республику. Своими впечатлениями о службе в краю скал и палящего солнца делится бывший начальник уголовного розыска ГУВД Алтайского края Николай Шишкин, дважды побывавший в Афганистане. За первую командировку Николай Николаевич был награжден медалью «За боевые заслуги», за вторую – советским орденом "Красной звезды" и афганским орденом "Дружбы народов".

Странная командировка

На грузовых самолетах Ил-76М полетели на Кабул
Аэродром в Афганистане (фото с сайта warnet.ws) 

- Николай Николаевич, расскажите, как вы попали в Афганистан.

- В марте 1980 года начальник УВД объявил, что подбирает из числа начальников райотделов края 12 кандидатов для выполнения спецзадания правительства в Республике Афганистан. Там всего-то нужно было три человека. Но многие кандидаты не испытывали большого желания ехать, старались избежать этой командировки. Как-то раз один из руководителей уголовного розыска края заходит ко мне в кабинет и говорит: «Собираются послать меня в Афганистан, а я не хочу». Я полушутя отвечаю: «Предложите мою кандидатуру, если не хотите». Возвращается он через два дня и сообщает: «Я предложил твою кандидатуру, и начальник УВД с ней согласился». Тут уж я всерьез задумался над ситуацией. Дальше больше, приглашают меня на собеседование. Теперь уже отказываться было несерьезно, раз сказал А, надо говорить Б. Подтвердил, что хочу ехать в Афганистан. Вместе со мной в командировку отправились два классных мужика, большие профессионалы – Григорий Нестеренко и Анатолий Васильченко.

В марте нас переправили самолетом в Ташкент, а оттуда – в один из армейских учебных центров в узбекской степи для прохождения первоначальной подготовки. Там собрали сотрудников милиции со всего Советского Союза и объединили под условным наименованием отряд «Кобальт». Как только мы прибыли на место, нас переодели в форму рядовых солдат советской армии. Две недели мы упражнялись в стрельбе из пистолета, автомата, бросали гранаты, рыли траншеи, одним словом, получали первоначальные азы военной службы в боевых условиях. 

Прилетели на аэродром Кундуза. Выжженное плато, палящее солнце, температура градусов 50 и никакого дуновения ветра.
Фото с сайта warnet.ws

Неожиданно, в одну из ночей нас подняли по тревоге, выдали снаряжение, загрузили в автобус и повезли на военный аэродром. Ехали в темноте, где этот аэродром, я до сих пор не знаю. На грузовых самолетах Ил-76М полетели на Кабул. Пока была хорошая видимость, мы смогли рассмотреть страну с высоты птичьего полета. Вид удручающий: кругом одни горы, ни одного куста, сплошной серый пейзаж. 

Из Кабула наша группа – 50 человек - отправилась в город Кундуз, чтобы курировать четыре северо-восточные провинции Афганистана. Находились мы в расположении мотострелкового полка советской дивизии. Прилетели на аэродром Кундуза, нам говорят: «Идите, растягивайте палатки». А мне даже двигаться с места не хочется. Потому что пекло капитальное. Представьте себе выжженное плато, палящее солнце, температура градусов 50 и никакого дуновения ветра. Долго привыкали к такому климату.

Загадочный Восток

В Афганистане дома - в основном мазанки, все глинобитное, везде царит нищета. Хотя бывали исключения.
Афганский кишлак (фото с сайта rvb.com.ua)

- Какое впечатление произвела на вас страна?

- Первое впечатление - страна очень бедная. Антисанитария страшная, от местной воды мы все недели две мучились с животом. Дома - в основном мазанки, все глинобитное, везде царит нищета. Хотя бывали исключения. Как-то раз мы проводили обыск в далеком кишлаке, в доме местного феодала, которого подозревали в связях с бандформированиями. Нас поразило богатство обстановки. Огромный дом, почти дворец, кругом предметы роскоши со всего мира, французское стекло. Разрыв между благосостоянием людей разительный: основная масса – беднота, а он один такой богач на треть провинции. Интересно, что в таком далеком уголке земли мы нашли в спальне, под подушкой у этого феодала предмет из России – пустую бутылку из-под водки «Московская». Было очень приятно. Нога русского человека здесь никогда не ступала, а водка проникла даже сюда.

- Но ведь мусульманам нельзя пить.

- Нельзя. Может, на людях они не пьют, но иногда позволяют себе в узком кругу, при дружеских встречах. Как-то раз один богатый человек, живший на окраине Кундуза, пригласил несколько человек из нашего отряда в гости. Он, оказывается, давно, еще пацаном, жил с семьей в Самарканде. А потом, с началом гражданской войны, они с родителями перешли границу и оказались в Афганистане. Там он вырос, состарился. Расстелили под яблонями ковер, его сыновья принесли угощение, мы вытащили водку. Он говорит: «Я пить не буду». Долго его уговаривали, наконец, согласился. Произносим тост, он посмотрит, что сыновей поблизости нет, делает глоток и накрывает стопку рукой. Мы спрашиваем: «Для чего вы руку на стопке постоянно держите?» - «А чтоб Аллах не видел». Некоторые пили, хотя глубоко верующие люди.

Разведка - дело тонкое

Нашей задачей было получение разведданных о дислокации бандформирований и обучение афганской милиции
Фото с сайта warnet.ws

- Вы прошли армейскую подготовку, но задачи подразделение «Кобальт», видимо, выполняло другие, нежели армия?

- Нашей задачей было получение разведданных о дислокации бандформирований и ликвидация банд в кишлаках четырех провинций совместно с советскими и афганскими войсками, а также обучение местной милиции. Параллельно с нами действовал отряд КГБ «Каскад», который тоже занимался разведкой. Всех членов отряда разбили на группы по той же специализации, которая была у нас в России – служба общественного порядка, уголовный розыск и т.д. Нас сразу сориентировали, что мы должны искать информаторов среди афганского населения, как можно более преданных людей. В основном налаживали контакты на бытовой почве, заводили дружбу с местными жителями через работников афганской милиции - царандой. Конечно, все происходило не за один день, чтобы найти достойный источник, нужно работать с ним очень долго, заслужить его доверие.

От информаторов получали данные о местах расположения бандформирований, вместе с нашим руководством договаривались с армейцами об операции. Иногда наносили авиаудар, иногда формировали колонну из армейцев, афганской милиции, отряда «Каскад», «Кобальт» и отправлялись в рейд в горы. Порой, заходит колонна в горный кишлак, а он пустой, ни одного жителя нет. Только в одной хибаре лежит старик, который двигаться не может, остальные ушли в горы. Душманы часто заранее знали о нашем приходе, у них система информации тоже хорошо отлажена была.

Бой на крыше мира

Как обычно, загрузились в «ГАЗ-66». Приезжаем к кишлаку, а там засела крупная банда
Фото с сайта warnet.ws

- Расскажите о самом запомнившемся рейде в горный кишлак.

- Запомнилась наша первая крупная операция, кстати, первая операция в истории, когда за границей применялись силы МВД. Как обычно, загрузились в «ГАЗ-66». Приезжаем к кишлаку, а там засела крупная банда, работают два вертолета: бомбы сбрасывают, пулемет строчит. Перед кишлаком рисовое поле, затопленное водой. Мы с афганцами договариваемся: «Давайте выстраивайтесь в цепь и через поле идите к кишлаку. Мы выстроимся во вторую цепь и пойдем вслед за вами». Они сняли обувь, коврики расстелили и давай молиться. Молятся 10, 15, 20 минут. Мы спрашиваем: «Долго вы еще? Почему не поднимаетесь?». Они в ответ: «Да вот начнется бой, вы в пылу и нас заденете с тыла». Одним словом, без энтузиазма восприняли наше предложение. Мы плюнули на все, оставили афганцев и пошли одни.

Не по себе, конечно, в первый раз в бой идти. Но у нас старшим группы был пограничник из отряда «Каскад». Хорошо знал тактику боя, окончил высшее военное училище, большой специалист в своем деле. Молодой парень, но его мудрости можно позавидовать. Снимает наш командир каску, бросает ее в кузов, достает из-за ремня пилотку и начинает медленно, спокойно на бочок ее примерять. Все на него смотрят. Страх сам собой пропал. Он умел людей вдохновить. «Ну что, мужики, - говорит, - вперед». И все за ним пошли. Идем по колено в воде по рисовому полю. Впереди стрельба раздается, то наши пальнут, то душманы. Потом над нашей цепью завис вертолетчик, машет нам рукой, чтобы подошли. Подходим, он на ухо прокричал что-то командиру и улетел. Я спрашиваю: «Чего он хотел?» – «Да говорил, что дебилы мы. Крупная банда с той стороны кишлака уходит в горы. Надо с тыла зайти, отсечь?»

Зашли за кишлак, все спокойно, стоит убранное поле, вода в арыке журчит, душманов нигде не видно
Фото с сайта warnet.ws

Командир начал отбирать 10 человек идти отсекать душманов. Но это только в сказках и оптимистических рассказиках про войну весь строй дружно делает шаг вперед. В жизни далеко не так. Желающих нашлось немного. Десять человек все-таки набрали. Зашли за кишлак, все спокойно, стоит убранное поле, горы дынь, арбузов лежат, вода в арыке журчит. Сидим, кушаем дыньки, никаких душманов в помине не видно. И вдруг видим: целая толпа, человек 50, прет прямо на нас. Они головы вверх задрали, смотрят, не летят ли вертолеты, нас не видят. Мы сразу в цепь и залегли по кромке рисового поля. А с нами было трое пограничников с автоматическим гранатометом. Все думали, что он-то нас и спасет. И вдруг команда по цепи: «Гранатомет не применять». Я думаю: «Дебилы-то не мы, а командир у нас. Вся надежда была на гранатомет. А иначе конец нам. Пройдут 50 человек, и все мы здесь «ляжем». 

Подпустили мы их такое расстояние, что было видно, как у людей грудь поднимается от дыхания. Тогда только командир крикнул: «Огонь!», и мы разом ударили из автоматов. Куда я стрелял, вверх или вниз, не помню. От страха ничего не соображал, ведь у нас впервые был такой серьезный бой. Очнулся оттого, что автомат замолк, в рожке кончились патроны. И разом все стихло. Наверное, другие так же стреляли. Слышим, доносится голос командира: «Встать, сволочи! На поле быстро!». Мы бросились на поле, из этой толпы душманов собрали человек 8 раненых, в том числе главаря банды.

Уже потом, после боя, я спросил командира, почему мы не стали применять гранатомет. Он объяснил, что гранатомет надо применять на расстоянии. Ну, убили бы несколько душманов, они бы залегли. Началась перестрелка. Были бы потери с той и другой стороны. Поэтому он решил подпустить их вплотную и одним ударом уничтожить из автоматов. Тогда только до меня дошло, что командир спас нам всем жизнь.

Любовь без правил

- Вас интересовала только борьба с моджахедами или обычные преступления тоже?

- По мере возможности мы занимались и обычной преступностью, но большинство преступлений все равно совершалось на политической почве. Случались столкновения между группировками, теракты в отношении высокопоставленных чиновников, убийства членов их семей, грабеж ради захвата оружия или боеприпасов. Как-то раз было даже нападение крупной банды на тюрьму в Кундузе. Не обошлось здесь без предательства, у нападавших были свои люди в охране тюрьмы. Половину афганской охраны перебили, сбежало много пленных душманов. Чтобы отразить атаку пришлось привлекать советские танки.

Главарь банды душманов требовал выдать женщину выдали ему, чтобы убить ее за измену
Афганские женщины (фото с сайта woman-w.blogspot.ru)

Чисто бытовых преступлений было сравнительно немного. Как самый яркий эпизод запомнился случай с парнем-заключенным, с которым мне довелось работать в Кундузской тюрьме. В свое время он был сержантом афганской милиции царандой и вот как-то сошелся с женой главаря банды. Она изменила с ним мужу, вместе молодые люди решили бежать из этой провинции и двигаться в сторону Кабула. Под Кабулом их задержали наши солдаты. Беглецов судили по законам шариата и дали обоим по 4 года лишения свободы. Ей за прелюбодеяние, ему тоже за что-то подобное. Но главарь банды требовал, чтобы женщину выдали ему, а взамен предлагал пленного советского солдата и два автомата в придачу. Мы понимали, что он хочет ее выкупить, чтобы убить за измену, поскольку для такого богатого человека, как он, измена жены - большое оскорбление. Но свой солдат дороже. Долго вели с ним переписку. Хотели уже отдать женщину, все-таки пленного солдата заманчиво получить. Но вышестоящие инстанции это дело не одобрили. Может быть, у них какие-то свои данные были, что главарь хочет нас обмануть, но в конечном итоге пришлось отказаться от обмена.

Испытание судьбы

Под Кабулом был случай, когда группа сотрудников подотстала от основного отряда и попала в засаду
Фото с сайта warnet.ws

- Отслужив полгода, ваше подразделение вернулось на родину без потерь?

- Наш отряд - да. Но вот под Кабулом был случай, когда группа сотрудников подотстала от основного отряда и попала в засаду. Всех перестреляли, только один парень из «Кобальта» забился в щель в скале и отстреливался. Потом кинулись искать отставших, вернулись, выбили душманов. Когда его нашли, у него и рюкзак, и куртка в нескольких местах были пробиты. Много мужик пережил. Но живой остался, получил звание Героя Советского союза, вернулся на родину, учился в академии МВД, продолжил работу в милиции.

- Лично для вас первая поездка не стала последней. Почему вы решили вернуться в Афганистан?

- Спустя полгода управление кадров МВД предложило мне отправиться в новую командировку, уже в качестве советника. Четырежды звонили мне домой, на работу, но я отказывался. Зачем? Я уже испытал судьбу один раз, и лучше не испытывать ее снова. Во время боевых столкновений, когда берешь кишлак, и начинается беспорядочная стрельба, такой маленькой, незаметной песчинкой себя чувствуешь. Упадешь под куст подстреленный, никто и не заметит. И неизвестно, кто вперед за тобой придет, свои или душманы.

Возложение цветов на могилу погибших афганских сотрудников МВД. Николай Шишкин третий слева
Возложение цветов на могилу погибших афганских сотрудников МВД. Николай Шишкин третий слева. Рядом министр внутренних дел Республики Афганистан (фото из архива Н. Шишкина)

Повторения этого опыта мне вовсе не хотелось, но руководство настояло. И с 1982 по 1984 год я вновь работал в Афганистане, вначале советником по линии разведки, потом старшим советником в провинции Баглан. Помимо основных обязанностей, приходилось мирить два крыла местной партии – «парчам» (знамя) и «хальк» (народ), которые постоянно конфликтовали между собой.

- Сейчас не жалеете, что попали в командировку на войну? Какую-то пользу она вам принесла?

- Жалеть по прошествии стольких лет нет смысла. А главное, что я получил в командировках, – это жизненный опыт. Афганцы – непростой народ. В то время у нас ходила такая пословица: «Афганец думает одно, говорит второе, а делает третье». Непредсказуемые люди. Общаясь с ними, постепенно приучаешься не заглатывать информацию сразу, а перепроверять ее на несколько раз, прежде чем принять ответственное решение. Как оперативному работнику мне этот опыт пригодился.

Стас Сидоркин



Вернуться в раздел Командировка на войну


 

Комментарии

Комментарий появляется на странице после просмотра модератором.


Наши контакты. Со всеми вопросами и предложениями Вы можете обращаться по адресу staslandia@staslandia.ru
18 + Некоторые страницы сайта могут содержать материалы для взрослой аудитории.
При использовании текстовых материалов, фотографий и рисунков желательно делать активную ссылку на наш сайт или указывать его адрес.
Правообладателям. Если Вы обнаружили на сайте изображение или текст, на которые Вы обладаете авторскими правами, и имеете что-то против их размещения на нашем ресурсе, пишите на адрес staslandia@staslandia.ru. Там Вы сможете потребовать удаления материала или внести свои предложения об условиях его размещения.
Яндекс.Метрика